Прочитане-2019

Шостий рік поспіль пишу враження від книжок, прочитаних за останній рік. Всі попередні записи можна подивитись за позначкою «прочитане». Дарма, шо цей запис треба було опублікувати ше в районі Нового року, час і мінімальне натхнення на писанину з'явились лише зараз, а краще пізно, ніж ніколи.

Цього року лише шість книжок, і ше й майже всі російською, динаміка продовжує не тішити, але ж не все життя залишатись розумним і начитаним.

Список книжок:

  1. Анатолий Севастьянов «Дикий Урман»
  2. Марк Геддон «Загадковий нічний інцидент із собакою»
  3. Филип Киндред Дик «Порвалась дней связующая нить»
  4. Филип Киндред Дик «Доктор Будущее»
  5. Филип Киндред Дик «Молот Вулкана»
  6. Богумил Грабал «Слишком шумное одиночество»

В цьому списку аж три книжки Філіпа К. Діка не через те, шо я такий його фанат (хоча «Помутнение» колись справило на мене дуже сильне враження). Мені порадили «Людину у високому замку», я знайшов електронну версію, прочитав перший розділ, потім другий, третій, і ніяк не міг знайти жодного зв'язку між ними; перейшов до однойменного фінального розділу, сподіваючись, шо зараз всі історії неймовірним чином пов'яжуться, і тут РАПТОВО виявилось, шо це не розділи, а окремі книжки, і я читаю збірку, названу за однією з них — так шо зв'язки я шукав даремно. Найкумедніше те, шо ту останню книжку, яку мені власне порадили, я так і не дочитав, але виглядало багатообіцяюче, треба буде завершити.


1. Анатолий Севастьянов «Дикий Урман»

Історія про двох мужиків, які попливли в тайгу досліджувати місця, підходящі для розведення соболів. Через ряд нещасливих обставин вони втратили човен і все своє спорядження крім одного ножа, а потім один з них ше й зламав ногу, через шо їм довелось лишитись серед тайги більше ніж на півроку, і ше й через зиму.

Цікава історія з точки зору виживання, надихає теж піти і хоча б заночувати десь в глушині лісу, з сокирою, без намету, попалити вогонь і всяке таке.

Оцінка — 4/5

«…Мы, кажется, действительно попали в незавидное положение. Никто не знает, где мы… А мы за сотни километров от людей, за топями, без ружей, без одежды и даже без огня… Вдруг у Федора начнется гангрена? Ведь здесь и паршивенький аппендицит смертелен».
Федор ушел проверять ловушки и не возвращался. Не дождавшись его, Росин съел положенную на день микроскопическую порцию… Только под вечер приплелся Федор. Скинул медвежью шкуру, проглотил приготовленный Росиным крохотный кусочек мяса и сел к чувалу.
«Он тоже скоро не сможет добираться до ловушек, - подумал Росин, глядя на его посеревшее, заросшее бородой лицо. - Его бы сейчас и Наталья не узнала. Щеки впали, глаза провалились, волосы стали матовыми и выпадают целыми клочьями».

Решта цитат


2. Марк Геддон «Загадковий нічний інцидент із собакою»

Легенька і трошки сумна розповідь про хлопця-аутиста. Цікаво стежити за ходом його думок — оскільки він зовсім не такий, як в більшості людей — якісь прості для нас речі створюють для нього купу труднощів, і навпаки. Мені трошки нагадало «Квіти для Елджерона» і «Страшенно голосно і неймовірно близько».

Оцінка — 4/5

Я погано розумію людей. На це є дві основні причини. Перша основна причина полягає в тому, що люди часто спілкуються без слів. Шивон каже, що як підняти одну брову вгору, то це може означати дуже різні речі. Це може означати «я хочу мати з тобою секс», а ще може означати «гадаю, ти щойно сказав дурницю». Шивон також каже, що як стулити рота й гучно видихнути крізь ніздрі, то це може означати, що ти розслаблений, чи зануджений, чи сердитий — усе залежить від того, скільки повітря виходить з твого носа й з якою швидкістю, яку форму має твій рот, коли ти це робиш, як ти сидиш, що ти щойно сказав і ще сотні інших речей, які є надто складними, аби збагнути їх за декілька секунд.
…ця хмара могла би бути інопланетним космічним кораблем. Люди гадають, що інопланетний космічний корабель має бути твердим, зробленим із металу, мати прожектори по всьому корпусу й дуже повільно рухатися небом, оскільки саме такий вигляд мав би космічний корабель, якби його збудували люди, якби могли будувати такі великі кораблі. Проте інопланетяни, імовірніше, дуже відрізняються від нас, якщо вони існують. Вони можуть бути схожі на великих слимаків або бути пласкими, наче віддзеркалення. Або вони можуть бути завбільшки з планети. Або вони взагалі можуть не мати тіл. Вони можуть бути інформацією, як у комп’ютері. А їхні космічні кораблі можуть бути схожі на хмари або зроблені з непов’язаних предметів, таких як пил або листя.

Решта цитат


3. Филип Киндред Дик «Порвалась дней связующая нить»

Не люблю фантастику про майбутнє, але це сподобалось. Спочатку події відбуваються в старих добрих 60-их, персонажі живуть собі спокійним життям, але то тут, то там, з'являються якісь дзвіночки, дрібні ознаки того, що насправді за видимою картиною світу ховається шось більше, шось незрозуміле, про шо самі ж персонажі і не здогадуються.

Мені подобаються такі прийоми, коли якісь крихітні неважливі моменти — настільки маленькі, що ти не певен, чи взагалі варто на них звертати увагу — напускають туману і створюють інтригу, заставляють думати — шо ж тут відбувається насправді, і до чого це все призведе. Потім це все наростає і ти з жахаючою цікавістю усвідомлюєш повну картину. І взагалі мені подобається, як цей дядько постійно бавиться з реальністю.

Сюжет перегукується з «Шоу Трумена», тільки ця книжка, ясно шо, була написана набагато раніше.

Оцінка — 4/5

– Слушай, ты же не станешь пить транквилизаторы при расстройстве желудка? – встревожился Билл Блэк, когда Вик направился к дверям. – Это, пожалуй, слишком.
– Драмамин не транквилизатор, – пробубнил Вик, – а успокоительное.
– Это одно и то же, – донесся до него голос Блэка.
– Черта с два, – простонал Вик, мучаясь от боли. Он протянул руку, пытаясь нащупать шнур выключателя.
– Поторопись, дорогой! – крикнула ему Марго. – Сколько тебе карт? Мы хотим играть, ты нас задерживаешь.
– Ладно, – пробормотал он, все еще пытаясь включить свет. – Оставьте мне три карты. Те, что сверху.
– Ну нет! – крикнул Рэгл. – Давай возвращайся и бери сам. А то скажешь, что мы их подменили.
Вик все еще не мог найти шнур выключателя, который болтался где–то в темноте ванной комнаты. Тошнота и раздражение нарастали, он принялся лихорадочно шарить в пустоте, растопырив пальцы и описывая круги руками. Ударился головой об угол аптечки и выругался.
– У тебя все в порядке? – спросила Марго. – Что там происходит?
– Не могу нащупать шнур!
Вик едва сдерживал ярость. Теперь ему хотелось принять таблетку и поскорее вернуться к игре. Есть же у некоторых вещей такое свойство бесследно исчезать… Вдруг до него дошло, что в ванной никогда не было выключателя со шнуром. Был самый обычный настенный выключатель на уровне плеча у самой двери. Вик сразу же нашел его, включил свет и взял с полки баночку с таблетками. Потом принял одну, запил водой и поспешил в гостиную. «Почему я начал искать этот шнур? – думал Вик. – Вполне конкретный шнур, в определенном месте. Я ведь не шарил наугад, как если бы оказался в незнакомой комнате. Я ловил шнур выключателя, который дергал много раз. Столько, что успел закрепиться условный рефлекс».
– Вот он, – раздался голос, и луч фонаря уперся в Рэгла, на мгновение ослепив его. Он повернулся спиной к свету, не отрываясь от обложки одного из журналов. Там рядом с датой – 14 января 1996 года – была его фотография. Цветная. И подпись внизу: РЭГЛ ГАММ – ЧЕЛОВЕК ГОДА
Присев на ступеньки, Рэгл открыл журнал на нужной статье. Его детские фотографии. Мать и отец. Он в начальной школе… Рэгл лихорадочно листал страницы. Он после Второй мировой или какой–то там войны, в которой он участвовал, в военной форме, улыбается в объектив. Женщина, которая была его первой женой. Потом на развороте – острые шпили и напоминающие минареты башни промышленного района.

Решта цитат


4. Филип Киндред Дик «Доктор Будущее»

Знову фантастика, де лікар незрозумілим чином потрапляє в часи, у яких суспільство має зовсім інші цінності щодо життя і смерті, ніж в нас. Потім він чисто випадково потрапляє в сутичку між якимись футуристичними повстанцями і футуристичними охоронцями порядку, і за допомогою своїх лікарських вмінь рятує життя побитій до півсмерті дівчині, за що згодом йому доводиться непогано відгрібати, бо будь-які спроби подовжити людське життя тут не вітаються. 

А далі несеться такий сюжет, шо огого, таки відчувається, шо цей дядько сидів на якихось речовинах. Але мене, чесно кажучи, не дуже зачепило, нічого особливого, якесь трохи бульварне чтиво.

Оцінка — 3/5

— Я просмотрел имеющиеся в наших архивах документы по вашей эпохе. С точки зрения терминологии ясно все. Мне ясны ваши функции, но совершенно непонятна идеология. Какой смысл в лечении людей? — он принялся ходить по комнате. — Эта девушка, Икара, она должна была умереть. А вы лишили ее этой возможности и сохранили ей жизнь. Неужели в ваше время это считалось естественным и официально санкционировалось?
— Неужели ваша профессия была уважаемой? — спросил один из присутствовавших.
В машине они сидели молча, пока каждый был поглощен своими мыслями. Первым тишину нарушил Стеног.
— Вам наша эпоха кажется извращенной? — не отрывая глаз от дороги неожиданно спросил он.
— Конечно. Ощущение того, что вы вращаетесь вокруг смерти.
— Вы хотите сказать — вокруг жизни?
— Не знаю. Первый человек, которого я здесь встретил, попытался задавить меня, думая, очевидно, что я этого хочу.
— Ничего удивительного. Вы шли ночью по трассе?
— Да.
— Это наиболее распространенный способ самоубийства. Люди выходят ночью на трассу с единственным желанием быть задавленным кем–то из проезжающих автомобилистов? А у вас разве люди не бросаются под машины?
— Разве что сумасшедшие. И то это бывает очень редко.
— Непонятно, — Стеног сокрушенно покачал головой, — такой хороший способ.

Ше тут нестандартні думки про подорожі в часі, зазвичай, у всіх таких історіях мандрівники в часі намагаються якомога менше впливати на минуле, щоб не запустити ефект метелика, а тут ідеї протилежні — шоб змінити хід історії, треба дуже сильно вплинути на багатьох ключових осіб, і то світ намагатиметься впорядкувати самого себе, тобто він знаходиться у стані стійкої, а не нестійкої рівноваги (шо суперечить теорії хаосу).

— Один вопрос, Лорис, — она кивнула головой, — изменится ли ход событий и как? Может ли смерть Дрейка повлечь за собой наше исчезновение?
— Мы стараемся учитывать все парадоксы времени. Еще когда был жив Корит проводились эксперименты в прошлом с целью определения влияния возникших изменений на будущее.
Она на секунду задумалась.
— Ясно, что общая тенденция лет природы в упорядочении самих себя. Далекое будущее предсказать невозможно. Бросьте камень в воду — небольшое волнение и все. Чтобы что–то изменилось, мы должны убить как минимум 15 основателей персонажей истории. И даже в этом случае европейская цивилизация не рухнет. Фундамент останется. Будет изобретен телефон, автомобиль. Родятся и будут творить Шекспир и Вольтер. В этом мы уверены.
— Не слишком ли это самонадеянно?
— У нас есть доказательства, которые говорят о том, что те кто жил до этого момента, будут жить и после него. Просто изменится их статус. Изменится история 16 века, 17 века, но уже не так значительно, а 18 и 19 века практически будут такими как и должны быть. В то же время, — ее голос стал твердым, — мы трижды были в прошлом и ничего не сумели изменить. Проблема не в том, что мы изменяем настоящее. Она в том, что мы вообще ничего не можем изменить.

Решта цитат


5. Филип Киндред Дик «Молот Вулкана»

Знову майбутнє, ну тобто як майбутнє — всього 2029-ий рік, для автора на момент написання книжки до цих подій було ше цілих 70 років, а для нас це вже майже завтра. Ми встигнемо пожити тільки з одним президентом після Зеленського, а в книжці, правління над усім світом вже давно передали комп'ютеру, щоб позбавитись від жорстокості, несправедливості, упередженості, жадібності та інших недосконалостей людей при владі. І тепер законами, політичними рішеннями, і загалом усіма важливими справами займається штучний інтелект, спершу Вулкан-2, а потім його оновлений наступник Вулкан-3, а все, шо лишилось жалюгідним людям — це обслуговувати цей комп'ютер і виконувати його справедливі рішення. Здавалось би, шо може піти не так.

Оцінка — 4/5

Питт вытащил сканер и поднял его. В это же мгновение в дверцу чуть пониже стекла ударился камень. Автомобиль содрогнулся, сканер задвигался у него в руках. Второй камень попал прямо в стекло и сеть трещин расползлась по нему. Питт опустил сканер.
— Я нуждаюсь в помощи. Они настроены решительно.
— Подмога уже в пути. Попытайтесь сделать снимки получше. Мы не можем ничего разобрать.
— Конечно вы не можете, — зло бросил Питт. — Они заметили эту штуковину у меня в руке и умышленно начали обстрел.
Одно из задних стекол треснуло. Несколько рук слепо потянулись внутрь.
— Я собираюсь убираться отсюда, Таубман.
Питт мрачно оскалился, заметив краем глаза, как защитная система пытается починить разбитое окно — пытается и не может. Как только вспенивался новый кусок пластика, руки снаружи хватали и отламывали его.
Через три дня наступит очередь Барриса и к нему придут ответы. И тогда, наконец, мучившие его вопросы, рассмотренные изощренным механизмом, получат разъяснение. Наряду со всеми остальными в Т–классе, все важные проблемы он предоставлял решать огромному механическому компьютеру, находящемуся где–то в подземной крепости поблизости от офисов Женевы. Выбора у него не было. Все дела такого уровня решались «Вулканом–3» — и это был закон.
— Мы добились всего, — сказал скрипучим шепотом Филдс, — чего хотели достичь, мистер.
— Вы не добрались до «Вулкана–3», — уточнил Баррис. — Вы захватили много земель, вы отобрали множество офисов и навербовали множество клерков и стенографистов — и все.
— Мы доберемся до него, — спокойно сказал Филдс.
— Но без вашего учредителя, — заметил Баррис. — Он ведь мертв.
Уставившись на Барриса, Филдс произнес:
— Мой… — Он встряхнул головой, очевидно, его эта фраза вывела из равновесия. — Что вы имеете ввиду? Я основал Движение, я возглавлял его с самого начала.
— Я знаю, что это ложь, — сказал Баррис. На какое–то время воцарилось молчание.
— Что он хочет этим сказать? — допытывалась Марион, беспокойно дергая руку отца.
— Он не в себе, — ответил Филдс, продолжая смотреть на Барриса. Его лицо по–прежнему оставалось бесцветным.
— Вы электрик, — продолжал Баррис. — Это ваша профессия. Я видел, как вы починили «молот». Вы отличный специалист, возможно даже, на земле нет электрика лучше вас. Вы поддерживали «Вулкан–2» в рабочем состоянии все это время, не так ли?
Филдс открыл и закрыл рот, но не проронил ни слова.
— «Вулкан–2» основал Движение Исцелителей, — отчеканил Баррис.
— Нет, — ответил Филдс.
— Вы были только подставным лидером, марионеткой, «Вулкан–2» создал Движение, как орудие для уничтожения «Вулкана–3». Вот почему он дал Язону Диллу инструкции не открывать существование Движения «Вулкану–3». Он хотел, чтобы у него было время окрепнуть.

Решта цитат


6. Богумил Грабал «Слишком шумное одиночество»

Це друга книжка Грабала, яку я прочитав, першою була «Я обслуговував англійського короля». Перша сподобалась більше, але від цієї теж дуже гарні враження. 

Ця книжка — про мужика, який ось уже 35 років працює оператором великого гідравлічного преса, із дня в день пресує макулатуру — в основному книжки — і попутно збирає їх, читає, і по-всякому проявляє до них свою повагу.

Трохи філософський твір, але не забагато, якраз в міру, загалом мені дуже до душі стиль Грабала, якийсь такий сум і трохи безвихідь, але з відчуттям замурзаності і невеликої звихнутості, і ці довгі речення, потоки свідомості, це все мені дуже підходить.

Мабуть, найкраща книжка за цей рік, але на п'ятірку все ж не тягне.

Оцінка — 4/5

Так возвращаюсь я, точно пылающий дом или пылающий хлев; сияние жизни исходит от пламени, хотя пламя есть смерть дерева и враждебная скорбь прячется в золе; а я тридцать пять лет прессую макулатуру на гидропрессе, через пять лет мне идти на пенсию, и моя машина пойдет вместе со мной, я ее не оставлю, нет, я коплю деньги на сберкнижке, и на пенсию мы выйдем вдвоем, потому что я мою машину выкуплю, увезу к себе, поставлю где-нибудь в саду моего дяди среди деревьев — и там, в саду, я стану выдавать только один брикет в день, но это будет мощный брикет, как скульптура, как артефакт, в такой брикет я вложу все мои юношеские иллюзии и все, что я умею, чему научился за прошедшие тридцать пять лет на работе и за работой, я и на пенсии буду прессовать их под влиянием минуты и настроения; всего один брикет в день из книг, которых у меня дома более трех тонн, — это получится брикет, которого мне не придется стыдиться, брикет, который заранее сотворен моим воображением и мозгом, и в довершение, закладывая на дно пресса старую бумагу и книги, я в процессе такового созидания красоты насыплю напоследок блесток и конфетти; вот так каждый день — один брикет, и ежегодно выставка готовой продукции, выставка, на которой каждый посетитель сможет сам, хотя и под моим присмотром, изготовить свой брикет: пресс, повинуясь зеленой кнопке, задрожит и с огромной силой начнет давить старую бумагу с инкрустациями из книг и мусора, какой принесут посетители, так что у каждого может возникнуть ощущение, что мой гидропресс прессует его самого.
…вот уже тридцать пять лет я прессую макулатуру, и для этой работы неплохо бы окончить не только университет или классическую гимназию, но еще и богословский факультет. Ведь в моей профессии круг сходится со спиралью, а progressus ad futurum сливается с regressus ad originem, вдобавок я это осязаю, и, будучи против своей воли просвещен, я несчастливо счастлив и с некоторых пор мечтаю о том, чтобы progressus ad originem сошелся с regressus ad futurum.
Однажды я вернулся вечером домой, но цыганка меня не поджидала, я зажег свет и до самого утра то и дело выходил на улицу, но цыганка не пришла, она не пришла и на следующий день, она вообще больше не пришла. Я ее искал, но уже ни разу мы не встретились с ней, крохотной, как девочка, цыганкой, простой, как неотесанное дерево, цыганкой, походившей на дуновение Святого Духа, цыганкой, которая хотела только топить печь дровами, что она приносила на спине, — все эти тяжелые доски и куски бревен из развалин, куски дерева тяжелые, как крест, она хотела только готовить гуляш из конской колбасы с картошкой, подбрасывать в огонь деревяшки и запускать осенью в небо воздушного змея. Позже я узнал, что ее вместе с прочими цыганами арестовали гестаповцы и отправили в концлагерь, и оттуда она уже не вернулась, ее сожгли в печах то ли Майданека, то ли Освенцима. Небеса не гуманны, но я тогда еще был гуманен.

Решта цитат


Такі ось пиріжки, а 2020-ий рік теж не подає надій на те, шо я багато прочитаю. Завтра перше квітня, а у мене цього року ще нуль книжок :)

Напиши коментар, трясця